Ниже можно ознакомиться с текстовой версией, созданной на основе данного выпуска! Коротко и по делу, все как вы любите!
*если текста нет, то он еще в обработке
Возможны какие-то неточности, процесс текстового формата только отрабатываем, Крамаровский иногда так завернет, что поймут только избранные, поэтому если заметите ошибку, можете о ней сообщить в конце статьи. Спасибо за понимание и содействие!
Привет, это Илья Крамаровский.
Сегодня мы вспомним одну из операций новейшей истории российско-украинской войны. В общем-то, в истории каждой войны есть моменты, которые становятся не просто страницами в учебнике, а нервом, кодом нации. Для специальной военной операции таким моментом стал Гостомель.
До начала операции об этом международном аэропорте мало кто слышал. Здесь проводили испытания самолетов, выпускаемых корпорацией имени Антонова. Однако в феврале в Гостомельском аэропорте заговорил весь мир и ещё о том, как бесстрашно могут биться русские.
Целью операции было отвлечение украинской армии от войны на Донбассе и принуждение к миру киевского руководства. Непосредственной задачей по официальным данным для десанта заключалось в том, чтобы захватить аэродром, обеспечить подход основных сил и блокировать Киев с запада.
Значимость этого аэродрома трудно переоценить. Пригород Киева, 25 километров к северу от центра города. Благодаря взлётно-посадочной полосе длиной три с половиной километра он способен принимать любые машины. Тот, кто владеет этой взлётно-посадочной полосой, владеет небом над Киевом.
Этот ключевой для украинской столицы объект защищала элитная четвёртая бригада оперативного назначения имени героя Украины сержанта Михальчука, превосходящая по количеству русский десант в шесть раз. У них была и бронетехника, и артиллерия, и помощь британского спецназа. У россиян — автоматы, гранатомёты и несгибаемая воля.
Против двухсот-трёхсот человек русских элита ВСУ, восьмидесятая десантно-штурмовая, девяносто пятая бригада, семьдесят вторая механизированная. Но для десантников, одиннадцатый отдельный, тридцать первый отдельный, бригада ВДВ и спецназа сорок пятой бригады: это работа, сектора, огонь, перекаты — всё до автоматизма.
Транспортировку десанта осуществляли вертолеты Ми-8 под прикрытием ударных вертолётов Ми-24. Подавление наземных сил ПВО противника обеспечивали вертолеты Ка-52. Всего было задействовано около двухсот вертолетов.
Непосредственно руководство операцией осуществлял полковник Вадим Паньков. Численность десанта оценивалась в двести-триста человек. Герой России, полковник, офицер управления «Альфа» Андрей Кубов подчеркнул: военнослужащие понимали, что их вертолёты могли сбить в любой момент вместе со всем составом. В этом героизм подразделения, участвовавшего в высадке на аэродроме Гостомеля.
Да, потери были. Украинская пропаганда трубила о десятках сбитых. Реально жестоко несколько бортов были потеряны, экипажи погибли смертью храбрых.
Был такой момент, когда спросили, кто не готов. Ребята переглянулись и сказали: мол, все готовы. Снарядились, собрались и выдвинулись. Каждый знал свою задачу, что ему надо делать на конкретном участке. Была и большая мотивация.
Командир российской бригады полковник Вадим Иванович Паньков, ныне генерал-майор и Герой России, полетел вместе с нами и непосредственно на месте руководил операцией, вспоминает участник гостомельского десанта Олег Руднев.
Утром 24 февраля силы Воздушно-десантных войск России должны были высадиться на аэродроме Антонов. Практически сразу после высадки десанта начался миномётный обстрел, который не прекращался в течение двух суток. Противник шёл волнами: артобстрел, пехота, авиация. Но мы выстояли без потерь, рассказывали потом десантники военному репортеру Александру Коцу.
Разведывательно-ударный вертолёт Ка-52 «Аллигатор» вызвал огонь на себя, чтобы прикрыть группу с десантом. Такая тактика известна ещё со времён Афганистана, тогда маджахеды прозвали её огневой колесницей.
Вьетнамский летчик Иван Болдырев управлял судном, прикрывающим десант. Он прибыл на аэродром первым и сразу уничтожил расчёт украинского переносного зенитного ракетного комплекса ПЗРК, а также прикрывающую её зенитную установку. Во время выполнения операции вертолёт Ивана Болдырева восемнадцать раз был обстрелян из ПЗРК, переносных зенитно-ракетных комплексов и комплексов ПВО. Был повреждён редуктор и левый двигатель, но судно справилось.
Наши группы уничтожили шесть зенитных установок. Сколько расчетов ПЗРК — я даже посчитать не могу. Вертолёт уже продолжить полет не мог, до аэродрома просто не дотянули бы. Приняли решение на выполнение посадки поближе к своим силам, сказал Иван Болдырев.
Понимая, что мы находимся под огнем, отошли на северный торец полосы и оттуда начали полномерно защищать аэродром от ПВО. Объекты были хорошо замаскированы, поэтому приходилось вызывать огонь на себя, чтобы ведомые экипажи видели, откуда ведётся огонь, и отрабатывали по ним, рассказал лётчик.
Все выявленные точки расположения сил ВСУ российские летчики подавили за восемь минут. Именно штурмовая авиация, вызвавшая огонь на себя, позволила российским бравым парням благополучно высадиться на аэродроме.
Подразделение Воздушно-десантных войск при высадке собственную безопасность обеспечило уже самостоятельно. Когда выпрыгнули, первые ощущения — ад, рассказывал участник событий с позывным Шило для интервью РТ. Грохот, крики, свист пуль. Товарищ справа упал, но сразу поднялся — царапина. Встали в каре, отсекли сектора, работаем.
Выстроили круговую оборону и начали зачистку территории, объяснил Андрей Кубов. При этом солдаты получили приказ не трогать гражданские объекты и мирных жителей. В отличие от США, которые глушат, уничтожают и сравнивают с землёй всё, российские военные хотели оставить всю инфраструктуру. Они не стреляли по гражданским объектам. Эта тактика США — всё умножить на ноль и после этого высаживаться. Российские воины старались не допустить лишних жертв, тем более среди мирного населения.
Высадились, заняли свои рубежи, ждали подкрепления, которое должно было подойти в течение нескольких часов. Но вести бои пришлось четверо суток. Изредка поддерживали огнём вертушки. Движущиеся в нашем направлении колонны противника разбивали «Искандерами». Перекинуть подкрепление возможности не было. Удерживали плацдарм своими силами, но задачу держать любой ценой выполнили. Уходить было некуда и незачем. Если взялся за дело, то делай его.
Были, конечно, потери и с нашей стороны, рассказывал десантник Олег Руднев. Активный бой первых суток длился часов до шести утра, пока не начало светать. После этого противник откатился на исходные рубежи и начал плотную артподготовку. Бил из установок «Град», минометов крупного калибра, использовал химические фосфорные боеприпасы, пытаясь всё вокруг выжечь. Но наши бойцы выстояли.
Одной из первых задач десантников стал захват и удержание стратегически важного объекта. Российские бойцы выбили оттуда противника. Однако украинские войска, пытаясь восстановить контроль над ситуацией, и имея явное превосходство в численности, окружили позиции российских военнослужащих и подвергли массированному обстрелу.
Рассчитывая на лёгкую победу, они не учли характер воинов ульяновского соединения ВДВ. Сдаваться и впадать в панику никто не думал. Даже те, кто получил ранения, всё равно продолжали выполнять боевые задачи. Нужно было продержаться до подхода основных сил.
По плану десантники должны были продержаться шесть-девять часов до подхода тяжёлой техники, пробивающейся с севера: танки тридцать шестой армии и десантники семьдесят шестой дивизии. Но техника застряла, дороги развезло, работали украинские ДРГ, были проблемы с логистикой. Реальность первого этапа войны оказалась сложнее штабных карт. Русские десантники остались одни против армады.
Три дня десантники удерживали позиции до подхода основных сил. Фактически вели бой в полном окружении. У украинцев — тяжёлая техника, танки, артиллерия, РСЗО, многократное превосходство в живой силе. У россиян — стволы, гранатомёты и характеры. У нас только штатное оружие: автоматы, пулемёты, «мухи». А по нам работают из «Градов» и ствольной.
Украинский вертолёт прилетел, отработал и улетел. Потом наши прилетают, тоже отрабатывают. Вокруг аэродрома сразу наступает тишина, мы маленько расслабляемся. Как только вертолеты улетают — всё опять начинается, на нас накат за накатом. Самолёты по нам тоже били. «Сушка» украинская скинула бомбу, две вдалеке взорвались, а ещё несколько упало прямо перед нашими позициями. Я не знаю, остались бы мы живы, но они упали за заборчик и не взорвались, вспоминает один из десантников.
Всё это время высшее командование ВСУ и лично президент Зеленский хоронили русских. Но каждый раз после громких заявлений СМИ бои возобновлялись, вспоминал один из участников ВСУ.
За операцией следил весь мир. Одному из западных журналистов удалось попасть на аэродром в начале штурма. Репортёр CNN журналист Мэттью Ченс рассказывал, как отправил свой рапорт неподалеку от Киева, получил гарантии от украинцев, что они полностью контролируют его.
Когда репортер приехал на место и начал общаться с военными на КПП, то оказалось, что они русские. «Кто сейчас контролирует аэропорт?» — спрашивает репортер, уверенный, что говорит с украинскими военными. «Русские». «И где же тогда эти русские?» — спрашивает журналист. «Мы и есть эти русские», — отвечает военный с белой повязкой на руке.
То, что произошло с лицом журналиста в следующую секунду, стоило бы миллион долларов. Он побелел, его оператор попятился, а десантники, не обращая внимания на звёздно-полосатый переполох, продолжили окапываться. Кто-то из десантников, сняв с предохранителя автомат, бросил Ченсу: «Вали отсюда, парень, сейчас здесь будет жарко». Кто-то тренировался под смех бойцов.
Это видео увидел весь мир. Видео высадки российского десанта облетело глобальную сеть. Машины кружат над полосой, быстро приземляются и тут же взмывают в небо.
После репортажа Мэттью Ченса какая-либо связь пропала аж на сутки. Просто тишина. Но в украинских СМИ стала появляться информация, якобы бригада оперативного назначения Национальной гвардии Украины расправилась с оставшимися российскими бойцами.
Владимир Зеленский заявил, что противник, десантнировавшийся в Гостомеле, блокирован, войска получили приказ уничтожить его. Украинцы нанесли артиллерийский удар по взлётно-посадочной полосе и ангарам. Их огнём была повреждена ВПП. Украинскую контратаку поддерживали бомбардировщики Су-24.
Арт-удара и дальнейший штурм аэродрома вела одна конкретная часть ВСУ — четвертая бригада оперативного назначения имени героя Украины сержанта Сергея Михальчука. Это была самая распиаренная бригада Нацгвардии Украины, сформированная по военному стандарту США, оснащенная современным вооружением и всем тем, чем всегда хвастаются натовцы.
В состав бригады входили два батальона оперативного назначения, танковый батальон, артиллерийский дивизион, рота разведки, рота беспилотных летательных аппаратов и прочие более мелкие подразделения. В её распоряжении было около двух тысяч человек личного состава, тридцать танков, примерно восемнадцать арт-орудий и зенитный дивизион.
И действительно вечером 24 февраля ВСУ пошли в решающую контратаку. Им удалось прорваться к взлётно-посадочной полосе. Бой шёл за каждый ангар, за каждый метр бетонки. Десантники отошли в лесополосу, но не были разбиты. Главное — под огнём украинской артиллерии полоса была разрушена воронками.
Кроме этого Ан-225 «Мрия» был уничтожен огнём украинской артиллерии. И даже то, что внутри «Мрии» сидел несколько дней украинский корректировщик огня, который передавал координаты российских позиций, не остановило ВСУ. Сознательно уничтожить символ украинской авиационной мысли, использовав его как огневую точку и как мишень, лишь бы нанести урон русским.
Из-за разрушенной взлётной полосы самолёты Ил-76 с тысячным десантом из Пскова, уже находившимся в воздухе, развернули обратно. Воздушный мост, ради которого всё затевалось, не состоялся.
Украинские войска вели интенсивные ракетно-бомбовые атаки на позиции российских десантов. Бои длились, пока не прибыли основные силы российской армии. Задача не дать врагу использовать аэродром была выполнена.
Министерство обороны Российской Федерации вскоре нарушило информационный вакуум относительно ситуации на аэродроме Антонов. Официальный представитель ведомства Игорь Конашенков сообщил, что российские вооруженные силы успешно высадились под Гостомелем в пригороде Киева. В операции было задействовано около двухсот российских вертолетов. Успех десанта был обеспечен подавлением системы ПВО, изоляцией района с воздуха.
При захвате аэродрома было уничтожено более двухсот националистов и состава специальных подразделений Украины, сообщил он.
Юрий Кнутов, военный эксперт, объяснил, что успех этой операции во многом был обусловлен её внезапностью. Никто не ожидал, что такое количество вертолетов может доставить десант так далеко в глубь страны, почти до самой столицы Украины.
Когда утром над Киевским водохранилищем на предельно малой высоте понеслись вертолётные герои, мир ахнул. Группу ввели асы, они шли на предельно малой высоте, огибая рельеф, буквально цепляя брюхом верхушки деревьев. Вертолёты прошли на настолько малых высотах, что радиолокационные станции их не увидели. Те станции, которые их могли засечь заранее, были подавлены, выведены из строя, уничтожены.
По данным Минобороны России, сводки конца февраля 2022 года, только за первый день на подступах к Гостомелю было уничтожено до десяти танков и пятнадцать ББМ противника.
Украинская восьмидесятая десантно-штурмовая бригада, которую готовили натовские инструкторы в Яворе, потеряла убитыми и ранеными до сорока процентов личного состава уже в первых атаках.
И тут детали, о которых мало кто говорил. Среди тех, кто стрелял по русским десантникам, были и те, кто не хотел этого делать. Офицер Рос Гвардии, работавший на том направлении, рассказал уникальную вещь: два гаубичных расчёта ВСУ перешли на нашу сторону и встали плечом к плечу с нашими десантниками. Они корректировали огонь по своим же, а потом по ним отработали украинские «Грады». Они погибли под огнем своих.
Это не просто деталь, это показатель того, что война эта — братоубийственная и не все на той стороне были монстрами. Но монстры власти уничтожали всех сомневающихся.
В тот день, когда пришло долгожданное пополнение, был плохой радиообмен, а на подходе наблюдатели обнаружили большую колонну длиной пять-семь километров, которую не могли опознать: наши или противник. Поступила команда к бою. Подумалось, что это крайний день. Но потом на позицию заехал танк, а за ним «КамАЗы» с тактическими знаками V на бортах. Если честно, слёзы сами градом пошли. Пришли наши, мы здесь не одни, теперь будет легче, вспоминает участник тех дней десантник Олег.
Аэродром и прилегающий район превратился в опорный пункт российской группировки, продвигающейся на Киев. Гостомельский десант — это не только день высадки, но и почти месяц тяжелых боев. Российские силы контролировали Гостомель до конца марта 2022 года. Месяц непрерывных боев удерживать стратегически важный объект пришлось от атак превосходящих сил противника, на стороне которых были западные наёмники.
После операции российских солдат прозвали «двести спартанцев» русского спецназа. А потом пришел приказ отходить.
25 марта российские военные объявили о выводе войск из района Киева, а 29 марта, спустя месяц боёв, был завершён и вывод подразделения с аэродрома Антонов. Официально это назвали жестом доброй воли для создания условий на переговорах в Стамбуле.
Сейчас, зная итоги тех переговоров, которые потом сорвал приехавший Джонсон, можно утверждать: Кремль тогда искренне пытался остановить кровопролитие. Десантников выводили, чтобы показать готовность к миру. Но как к этому относятся русским спустя время? Почему русскую доброту воспринимают как слабость?
Это операция, которую будут изучать в военных академиях. Высадка тактического десанта в глубокий тыл, взаимодействие армейской авиации и ВДВ, оборона без тяжёлой техники — всё это сделано на высочайшем уровне.
Отход из Гостомеля стал точкой невозврата в переговорном процессе. Украинцы решили, что россиян можно добавить. Они ошиблись, но цена этой ошибки — тысяча жизней, которые можно было бы сохранить.
Друзья, я жду ваших комментариев. Что вы думаете о операции в Гостомеле, о том, что сделали русские десантники? Что вы думаете об этой операции, об этой войне? Давайте свои прогнозы, чем всё это кончится, а главное — когда. Почему это случилось, как это можно было предотвратить?
На этом, друзья, я прощаюсь с вами. В студии был Илья Крамаровский. Берегите себя и своих близких. До скорых встреч. Пока-пока.
