Ниже можно ознакомиться с текстовой версией, созданной на основе данного выпуска! Коротко и по делу, все как вы любите!
*если текста нет, то он еще в обработке
Возможны какие-то неточности, процесс текстового формата только отрабатываем, Крамаровский иногда так завернет, что поймут только избранные, поэтому если заметите ошибку, можете о ней сообщить в конце статьи. Спасибо за понимание и содействие!
Привет, в студии Илья Крамаровский.
Сегодня мы с вами поговорим про Азербайджан. Мы уже не раз снимали про Азербайджан видео, и сегодня будет то, что сейчас на слуху. Вы, наверное, заметили, да, что в Азербайджане идут некие процессы, да, там люди протестуют по поводу школьной формы, но это, как всегда, это только видимая часть. Мы сегодня с вами поговорим, почему Азербайджан начал ссориться со всеми своими соседями и чем это всё может закончиться. Вот такой вот у нас сегодня будет разговор, потому что для этого есть интересные предпосылки.
Смотрите, Азербайджан сейчас оказался в очень непростом положении. Решение властей запретить ношение хиджабов в школе спровоцировало протесты внутри республики и одновременно привело к серьёзному обострению отношений с Турцией. Причём происходящее гораздо масштабнее обычного дипломатического спора или разногласия по поводу религиозной одежды.
По существу сейчас мы наблюдаем первые серьёзные последствия изменения внешней политической стратегии Азербайджана. На протяжении десятилетий Баку старался придерживаться многовекторного подхода, поддерживая рабочие отношения с несколькими центрами силы одновременно. Однако в последнее время или, сказать, последние годы руководство страны постепенно сделало ставку на более тесное сотрудничество с Соединёнными Штатами, Израилем и Великобританией. Это косвенно произошло уже под руководством сына Алиева, да. И теперь выясняется внезапно, что у такого выбора есть не только преимущество, но и весьма неприятные последствия. Причём проблемы возникают сразу с несколькими государствами, отношения с которыми имеют для Азербайджана принципиально важное значение.
Чтобы попытаться разобраться, почему положение Ильхама Алиева сегодня становится всё сложнее, необходимо вспомнить, каким образом вообще выстраивалась внешняя политика Азербайджана после обретения независимости. В общем-то в тот момент Азербайджану приходилось дружить со всеми, и в значительной степени азербайджанская многовекторность была продиктована географией, самой тупой географией. Азербайджан — сравнительно небольшое государство, расположенное между тремя гораздо более крупными региональными игроками. Это Россия, Иран и Турция. При таком соседстве чрезвычайная зависимость от любого из них неизбежно создавала бы определённые риски. Но одновременно географическое положение предоставляло Баку и немалые возможности.
Выход к Каспийскому морю превращает Азербайджан в один из важных пунктов сообщения с Центральной Азией, а это означает, что интерес к стране проявляют не только её непосредственные соседи, но и государства, вечно сующие свой нос чёрт знает куда, иначе говоря, находящиеся значительно дальше. Это, допустим, Китай, Соединённые Штаты и страны Евросоюза. Дополнительным преимуществом стали крупные месторождения нефти и газа. Именно благодаря углеводородам Азербайджан сумел приобрести серьёзное экономическое значение для целого ряда государств, занять заметное место в международных энергетических отношениях.
На протяжении нескольких десятилетий руководство республики довольно успешно использовало эти обстоятельства. Азербайджанские власти научились извлекать политические и экономические преимущества из сотрудничества с разными партнёрами, не связывая себя окончательно ни с одним из них. Однако у подобной стратегии есть и обратная сторона. Интересы крупных держав нередко противоречат друг другу, а это значит, Баку постоянно приходилось искать компромисс и следить за тем, чтобы сближение с одним союзником не привело к окончательному разрыву с другим.
Особенно ярко эта проблема проявилась в отношениях с Ираном. Иран вроде как близкий народ, но с Ираном Азербайджан связывает непростые отношения. На первый взгляд именно Тегеран мог бы быть одним из наиболее естественных союзников Азербайджана. Между двумя странами существует серьёзная этническая, культурная и, главное, религиозная близость. Однако на практике именно эти обстоятельства и стали одним из источников взаимной настороженности.
Дело в том, что на территории Ирана проживает приблизительно 15 миллионов этнических азербайджанцев. Для сравнения население самого Азербайджана составляет около 10 миллионов. Получается, что в соседнем Иране представителей этого народа даже больше, чем в независимой азербайджанской республике. Есть и религиозный фактор. Примерно 70 процентов населения Азербайджана исповедуют шиитское направление ислама. Иран, как известно, является крупнейшим центром шиитского мира. В результате внутри Азербайджана сформировалась достаточно заметная сила, которая ориентируется на Тегеран. Ну и более ощутимы эти настроения в южных регионах страны.
Для азербайджанского руководства такая ситуация всегда представляла потенциальную определённую угрозу. Глубоко опасались, что соседнее государство сможет использовать религиозную и этническую близость для усиления своего влияния на внутреннюю политику республики. Поэтому Иран азербайджанские власти традиционно рассматривали не столько как естественного братского партнёра, сколько как потенциальный источник опасности. Сегодня именно исламские политические круги, ориентирующиеся на Тегеран, фактически представляют собой наиболее значительную внутреннюю оппозиционную силу президенту Алиеву.
Показательно, что среди заключённых, которых правозащитные организации считают политическими, заметную часть составляют представители именно этого направления. При этом официальные власти Азербайджана нагло отрицают существование в стране политических заключённых. Эти же политические и религиозные силы стали основными участниками нынешних выступлений против ограничения ношения хиджабов. Другими словами, конфликт вокруг школьной одежды затрагивает гораздо более глубокие противоречия, которые существуют внутри азербайджанского общества и в его отношениях с соседним Ираном.
Россия, да, многолетнее сотрудничество и теперь взаимное недоверие. Не менее сложной, хотя и совершенно по другим причинам, складывалась история взаимоотношений Азербайджана с Россией. С одной стороны, между политическими, деловыми элитами двух государств десятилетиями существовали прочные личные, образовательные, экономические связи. Сам Ильхам Алиев, как и его супруга Мехрибан, получал образование в Москве. Сестра Мехрибан Алиевой Наргиз Пашаева руководила бакинским филиалом Московского государственного университета, а дочь президентской четы Лейла Алиева вплоть до 2015 года постоянно жила в России.
Кроме того, на российской территории сформировалась многочисленная и экономически влиятельная азербайджанская диаспора. Среди богатейших предпринимателей России немало людей азербайджанского происхождения. И все эти связи, безусловно, играли определённую роль в отношениях двух стран. Это не только какой-нибудь, я сейчас имею в виду не только Гусман, которого не так давно уволили. Допустим, в Санкт-Петербурге это губернатор города, который родился, не будучи азербайджанцем, родился в Баку, да, вырос и имеет там очень-очень много друзей.
Вплоть до того, что как-то мне звонила девушка, знакомая с детства, и сказала: слушай, это правда, что у вас в Питере очень много азербайджанцев? Я говорю: в смысле? Он говорит: ну у нас здесь Питер называют Баку на Неве. Вот это на тему диаспор и азербайджанских корней. Так что азербайджанцы пустили плотные корни в России. Вообще считается, что влияние азербайджанской диаспоры, то же самое и её представители в российском бизнесе, стало одним из факторов, позволивших Баку добиться фактически нейтральной позиции Москвы во время Второй Карабахской войны в 2020 году. Для Азербайджана это имело огромное значение. Российское невмешательство стало одним из важнейших обстоятельств, способствовавших его победе в противостоянии с Арменией. Но при всём этом полностью доверительными российско-азербайджанские отношения никогда не были, а теперь, наверное, уже и не будут.
Предположим, что Россия не заметила Карабахскую войну 2020 года, то самое невмешательство, и чем ответил Азербайджан? Вы помните, а что имеет теперь Россия? Угу, отвратительное отношение с Азербайджаном и с Арменией. Вывод: сделал добро и беги, а ещё лучше добро никогда не остаётся безнаказанным. Ну, по-хорошему считается, что в данном случае глобальном руководство республики постоянно опасалось, что чрезмерное политическое и экономическое сближение с Москвой оно якобы способно ограничить самостоятельность страны.
Более того, ещё в 90-е годы Азербайджан начал активно продвигать себя в качестве альтернативного России направления транспортировки нефти и газа из Каспийского региона и Центральной Азии. Одним из наиболее известных результатов этой политики стал тогда нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан, построенный в 2006 году. Позднее появился газопровод TANAP, позволивший поставлять азербайджанский газ через территорию Турции. Каким образом даже поддерживая относительно хорошие отношения с Россией, Баку одновременно создавал инфраструктуру, уменьшавшую зависимость региона от российских энергетических маршрутов. И как бы с точки зрения государства это вроде бы нормально. Тем не менее вплоть до недавнего времени взаимодействие между Алиевым и Путиным оставалось достаточно ровным, без крупных публичных конфликтов.
Роль Турции во внешней политике Азербайджана постепенно становилась всё более значительной. Турция прошла путь от братского союза к борьбе за самостоятельность. Для Баку сотрудничество с Анкарой долгие годы представляло собой один из способов уравновесить российское влияние. Кроме того, Турция была крайне важна для Азербайджана в противостоянии с Арменией за Карабах. Вообще симпатии к Турции традиционно занимали особое место в политической жизни республики.
Достаточно вспомнить первого избранного президента независимого Азербайджана Абульфаза Эльчибея. Он был убеждённым сторонником пантюркизма и открыто именовал себя солдатом Ататюрка и преданным сыном Анатолии. Гейдар Алиев впоследствии и его сын Ильхам подходили к отношениям с турецким государством более практично. Для них союз с Анкарой был прежде всего способом укрепить собственные политические позиции, обеспечить безопасность страны и расширить её возможности на международной арене. Именно при Гейдаре Алиеве получила распространение известная характеристика турецко-азербайджанских отношений: два государства, один народ.
В Турции эту формулировку у вас приняли с большим воодушевлением, особенно активно она использовалась в период президентства Реджепа Тайипа Эрдогана. Сотрудничество действительно развивалось практически по всем важнейшим направлениям. Турция помогала Азербайджану укреплять вооружённые силы, поддерживала его позицию в карабахском конфликте, взаимодействовала с Баку по линии спецслужб и участвовала в создании энергетических маршрутов. Однако параллельно руководство Азербайджана развивало ещё одно направление внешней политики, которое со временем стало одним из главных источников противоречий с Ираном.
Да, вы правы, речь пойдёт об Израиле. Израиль, что для Азербайджана Израиль: туда нефть, обратное вооружение и один общий противник. Поначалу сближение Азербайджана с Израилем могло показаться достаточно неожиданным, но у него имелись вполне конкретные причины. Прежде всего обе страны настороженно относились к Ирану и воспринимали его как потенциального противника. Кроме того, в конце 90-х и начале 2000-х годов Израиль поддерживал весьма хорошие отношения с Турцией, поэтому для Азербайджана, который в тот период всё активнее сотрудничал с Анкарой, развитие связей с Израилем не выглядело чем-то противоречащим прежней внешней политической линии.
Очень быстро выяснилось, что такое партнёрство имеет не только политическое, но и огромное практическое значение. Азербайджан располагал запасами нефти, необходимыми Израилю, в свою очередь израильская сторона могла предложить современное вооружение и технологии, в которых нуждалась азербайджанская армия. В результате сотрудничество приобрело стратегический характер. Израиль превратился в одного из главных, а затем и в ведущего поставщика вооружения для Азербайджана. По оценкам, непосредственно перед Карабахской войной 2020 года на израильскую продукцию приходилось около 69 процентов поставок военного снаряжения азербайджанским вооружённым силам.
Причём отношения Баку и Тель-Авива продолжали укрепляться даже тогда, когда между Израилем и Турцией при президенте Эрдогане началось стремительное ухудшение отношений. Азербайджанскому руководству приходилось проявлять немалую дипломатическую изобретательность, чтобы сохранить сотрудничество сразу с двумя государствами, которые всё чаще выступали противниками друг друга. Долгое время удерживать такой баланс удавалось, но после событий 2020–2023 годов международное положение Азербайджана заметно изменилось. Во всём виновата победа в Карабахе и разворот к Западу.
В общем-то итоги войны 2020 года, а затем окончательное восстановление контроля Баку над Карабахом в 2023 году стали переломными моментами для Азербайджана. Он окончательно поверил в себя. Республика сумела решить территориальный вопрос, остававшийся для неё одним из наиболее болезненных на протяжении нескольких десятилетий. Одновременно военная победа повысила международный авторитет Баку и привлекла к нему дополнительное внимание Соединённых Штатов и европейских государств. Однако отношения с Западом у Алиева складываются далеко не совсем одинаково хорошо.
Представители леволиберальных политических кругов регулярно обвиняли азербайджанского президента в авторитарных методах управления и нарушении прав человека. Особенно жёсткая критика звучала из Франции, где традиционно сильными оставались позиции армянской диаспоры. Алиев в свою очередь отвечал Парижу не менее резко. Он характеризовал Францию как failed state, поддерживал антифранцузские движения в её колониальных владениях и даже выступал на стороне корсиканских сепаратистов. На таком фоне возвращение Дональда Трампа к власти в Соединённых Штатах стало для азербайджанского руководства весьма благоприятным событием.
Баку получила возможность выстраивать диалог с Вашингтоном преимущественно через экономические и стратегические интересы, а не постоянно обсуждать какое-то говно в виде вопросов о демократии и правах человека. Результаты этого сближения проявились достаточно быстро. Трамп выступил посредником в процессе нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией. Одновременно было положено начало реализации чрезвычайно важного для Баку транспортного проекта, предусматривающего сообщение с Нахчыванью через территорию Армении. Речь идёт о коридоре TRIPP, маршрут Трампа ради международного мира и процветания.
Ну а 10 февраля 2026 года Вашингтон и Баку заключили соглашение о стратегическом партнёрстве. Параллельно продолжалось укрепление сотрудничества с Евросоюзом. Для европейских государств Азербайджан приобретал всё большее значение как поставщик энергетических ресурсов. Дополнительное внимание с Запада к Баку объяснялось и изменением политического курса соседней Грузии, руководство которой стало придерживаться подчёркнуто благожелательной позиции по отношению к России, ну или как минимум нейтральной, я бы сказал. В этих обстоятельствах Азербайджан всё активнее включался в масштабную западную стратегию уменьшения российского влияния на Южном Кавказе.
Причём в самой России достаточно распространено мнение, что одним из главных координаторов этого направления выступает Великобритания. Уверен в этом на 100 процентов. Частями данного проекта являются и транспортный коридор Трампа, и подготовка большого соглашения между Арменией и Азербайджаном. Их реализация должна была создать условия для расширения грузовых перевозок из Китая и Центральной Азии в Европу по маршрутам, обходящим российскую территорию. Кстати, именно этим во многом объясняется стремление Алиева развивать более тесное сотрудничество непосредственно с Пекином.
Однако у Азербайджана имеются и собственные вполне прагматичные основания для участия в подобных проектах. Дело в том, что нефть потихонечку заканчивается, постепенно истощаются запасы, а значит, в перспективе республика не сможет бесконечно сохранять своё международное значение исключительно благодаря добыче и экспорту углеводородов. Поэтому руководство Баку и рассчитывает превратить Азербайджан в один из ключевых транспортных и транзитных центров, связывающих Европу с Азией. В таком случае даже сокращение собственной добычи нефти необязательно приведёт к соответствующему ослаблению экономического и геополитического влияния страны.
Но осуществление этой стратегии требует всё более тесного взаимодействия с западными государствами. Именно поэтому примерно с 2023 года Азербайджан начал постепенно отходить от прежней многовекторной модели и всё заметнее ориентироваться на Запад. Разумеется, в Москве подобный разворот в восторге не вызвал. Итак, почему же отношения Москвы и Баку начали портиться? Для России постепенное включение Азербайджана в западные транспортные и геополитические инициативы означало появление дополнительных угроз её интересам на Южном Кавказе. Поэтому российско-азербайджанские отношения стали заметно ухудшаться.
Особенно сильно этому способствовал инцидент, произошедший в декабре 2024 года, когда в районе Грозного российская система противовоздушной обороны случайно поразила азербайджанский пассажирский самолёт. Реакция Ильхама Алиева оказалась чрезвычайно жёсткой. Президент Азербайджана потребовал от Москвы официальных извинений и выплаты компенсации, причём сделал это в форме, которая в Кремле вполне могли воспринять как публичное унижение. Российская сторона ответила масштабными задержаниями представителей азербайджанской диаспоры. Вслед за этим власти Азербайджана арестовали восемь граждан России.
Безусловно, арестованные представители азербайджанской диаспоры там было за что привлекать по уголовным статьям. В конце концов они довольно-таки дерзко себя вели, а силовые органы Российской Федерации просто ждали отмашку и получили её. В Азербайджане арестовали восемь человек, часть из них до сих пор сидит. Арестовали в отместку, безусловно там тоже нашли за что их посадить. Сейчас вопрос не в этом. Получается, что конфликт довольно быстро вышел за пределы дипломатических заявлений и непосредственно затронул людей, находившихся на территории обоих государств.
Я вообще никогда не понимал, зачем россияне едут в Армению, Азербайджан, Грузию, для чего. Ну есть же много замечательных курортов, и езжайте в Таиланд. По крайней мере у местных там нет к вам никаких претензий, вам никто не скажет, что вы оккупанты, вы что сделали не так. Посмотрите, что иногда особенно молодое поколение какой ересь несёт в некоторых бывших постсоветских странах. Да зачем туда ехать, вы там никто. Арест этих восьми человек как раз и показывает, эти товарищи уехали туда жить и работать, но вот теперь живут, насчёт работают, хотя может быть какие-нибудь фуфайки шьют. В общем не понимаю я этого, но это отдельная песня, это личная моя позиция. Я призываю никого туда не ездить.
Но главное, что впоследствии после личных переговоров Владимира Путина и Ильхама Алиева разногласия вокруг катастрофы удалось урегулировать. Однако считать, что после этого отношения Москвы и Баку вернулись к прежнему состоянию, было бы серьёзным преувеличением. Думаю, и не вернутся, слава богу, больше никогда. Достаточно обратить внимание на публичные выступления азербайджанского президента. Его высказывания о России остаются весьма сдержанными, но иногда приобретают откровенно критический характер.
Кроме того, Азербайджан продолжает демонстрировать солидарность с Украиной. Баку оказывает украинской стороне гуманитарную помощь, в том числе энергетическое оборудование, имеющее особое значение в зимний период. После российских ударов по Киеву, в результате которых пострадало азербайджанское посольство, там было разбито стекло, власти республики вызвали российского посла для выражения своей позиции. При этом Алиев не упускает возможности сделать в адрес Москвы довольно неприятные замечания и на международном уровне. Так недавно он заявил, что из-за украинских атак Россия испытывает трудности с выполнением своих обязательств по поставкам энергетических ресурсов, и дал понять, что Азербайджан способен занять её место на соответствующих рынках.
Ещё более показательно прозвучало заявление Алиева в начале октября. Президент Азербайджана сказал, что в современном мире существует только две сверхдержавы: Соединённые Штаты и Китай. Многие обозреватели сразу обратили внимание на то, что Россия в этом перечне не оказалась. Из его слов сделали достаточно очевидный вывод: в представлении Алиева Москва больше не относится к числу ведущих мировых держав. Тем не менее говорить о полном разрыве между Азербайджаном и Россией преждевременно. Думаю, понадобится какое-то время.
Удивляет позиция Алиева, потому что давайте так, страна 10 миллионов населения, вы же понимаете, что когда-то можно неудачно договориться, даже не потому что кто-то на это обидится, а потому что возьмём, к примеру, Великобританию, которая устроила всю вот эту вот бойню на Украине. Сейчас война на Украине худо-бедно рано или поздно закончится. Она может закончиться по одной простой причине, что кто-то на Украине всё-таки догадается, что хрен с ним с Украиной, я имею в виду как со страной, главное люди. Территория — это не страна, территория — это люди. Какой смысл в Украине, если там будут жить бангладешцы, а когда нет людей, ну это же это же всё.
Поэтому надо сохранить людей, тогда у Украины есть шанс восстановиться, как-то что-то выжить. На Украине рано или поздно до этого дойдут, и поэтому война на Украине закончится, не знаю когда, лучше раньше чем позже. Что будут делать англичане? Правильно, пытаться будут создать новый очаг напряжённости. Какие есть варианты? Ну около соседей. Это Казахстан, там периодически какие-то националисты что-то гнут на русскоговорящих и вообще на русское население. Это Армения и Азербайджан.
Ну представляете, где это будет? Это будет там, где окажутся самые крикливые тупые политики, которые хрюкают и даже не думают о чём говорят, к чему это может привести. В общем на месте Алиева я был бы просто более осмотрительным. Не мне его конечно учить, но дёргать тигра за усы. Понятно, что сейчас в Москве не совсем до этого как бы, ну сейчас ещё к этому вернёмся, но через какое-то время это кончится. Будет армия лучшая в мире, у которой будут сильно чесаться руки, которой достаточно будет сказать фас.
Территория Республики Азербайджан перекрывается вся чем можно: любыми дронами, любыми ракетами. Там в смысле нет ни одного места, куда нельзя достать. А энергетическая система, которая добывает нефть, она уничтожается моментально, и газ тоже, это сумасшедший ущерб. Мы сейчас об этом поговорим. Ладно, это развитие, это на тему ответственности главы государства за свой народ. Он не принадлежит себе и его слова — это не его слова. Он отвечает за страну на десятилетие вперёд. Одна запятая, поставленная не там, или точка, или неправильное слово и всё, и может начаться большая сумасшедшая жопа для жителей твоей страны, а ты за них ответил. В общем думать надо башкой, а не эмоциями и своим собственным эго.
Тем не менее Путин и Алиев продолжают поддерживать непосредственные контакты. Между государствами сохраняются значительные экономические связи. К тому же основные политические и военные ресурсы, как я уже говорил, у Москвы сейчас сосредоточены на войне в Украине. В подобных условиях начинать ещё один серьёзный конфликт на Кавказе Кремлю явно не выгодно. Но это вовсе не означает, что Россия будет и дальше бесконечно наблюдать за укреплением прозападного курса Баку, не предпринимая никаких действий. Если отношения продолжат ухудшаться, Москва вполне может попытаться оказать на Азербайджан более ощутимое давление, и необходимые инструменты у неё имеются.
Достаточно вспомнить масштабы экономического взаимодействия двух стран, влияние азербайджанской диаспоры в России и многочисленные связи между представителями бизнеса. Можно же собрать всех азербайджанцев, запихать в вагон и отправить на родину в Баку, запретить все переводы, запретить работать азербайджанцам в России, вести бизнес, иметь имущество. Ну в общем и эти люди, когда приедут обратно домой, они придут к Алиеву, скажут: слышишь, дружочек, мы здесь из-за тебя, из-за того, что ты говорил. Ну в общем вариантов много, не прибегая к какой-либо силе. Ну дело не в этом.
Главная проблема Алиева заключается даже не в том, что отношения с Москвой стали заметно прохладнее. Гораздо опаснее другое. Новая внешнеполитическая стратегия Баку начинает вызывать всё больше раздражения и у двух остальных крупных соседей. Это Турция и Иран. Почему Турция изменила своё отношение к Азербайджану, ведь они ещё недавно целовались в дёсна? На протяжении многих лет Анкара рассматривала Азербайджан как одного из наиболее близких региональных союзников. Однако сейчас между двумя государствами всё отчётливее проявляется противоречие.
Причём главный источник раздражения турецкого руководства не только отдельные решения Баку, но и сама тенденция к проведению Азербайджаном всё более самостоятельной внешней политики. Особенно болезненной темой остаётся сотрудничество азербайджанских властей с Израилем. В 2000-х и 2010-х годах Баку ещё удавалось сравнительно успешно балансировать между Анкарой и Тель-Авивом, но во второй половине 2020-х годов подобная дипломатическая конструкция стала работать значительно хуже. Причина очевидна: турецко-израильские отношения резко обострились, вплоть до тут мы даже как-то рассуждали, что может быть конфликт начаться прямой военной, и сохранять одинаково тесное партнёрство с обеими сторонами стало чрезвычайно трудно.
Но возможно дело даже не столько в противоречиях между Турцией и Израилем. Похоже, само азербайджанское руководство больше не считает необходимым постоянно учитывать пожелания Анкары. Когда-то в Баку активно опирался на Турцию, чтобы уменьшить свою зависимость от Москвы, и теперь складывается впечатление, что Азербайджан пытается использовать сотрудничество с Вашингтоном и Тель-Авивом уже для того, чтобы освободиться от чрезмерного влияния самой Турции. Именно через эту призму стоит рассматривать нынешнее дипломатическое противостояние двух государств.
Началось оно ещё 24 сентября, во время заседания Генеральной Ассамблеи ООН, когда Турция организовала дипломатический демарш против Израиля. Во время выступления израильского премьер-министра Беньямина Нетаньяху представители многих стран демонстративно вышли из зала. Однако делегация Азербайджана решила остаться, и это вызвало бурную реакцию в турецких средствах массовой информации. Азербайджанских представителей стали обвинять в том, что ради сотрудничества с сионистами они готовы пренебречь обязательствами перед ближайшим союзником. Ещё несколько лет назад Баку, вероятно, попытался бы сгладить ситуацию и не допустить дальнейшего обострения, но как я говорил, после Карабаха Баку поверил в себя.
Теперь азербайджанские власти повели себя совершенно иначе. Информационное агентство APA опубликовало сведения о том, что сама Турция продолжает торговые отношения с Израилем, несмотря на официально объявленное Анкарой эмбарго. Фактически через государственное информационное агентство Баку обвинили турецкие власти в двойных стандартах. Получалось, что Анкара требует от Азербайджана демонстративно дистанцироваться от Израиля, но при этом сама согласно опубликованным данным продолжает экономическое взаимодействие с израильской стороной. И вместо того чтобы уладить возникший спор, обе страны начали обмениваться всё более неприятными публичными заявлениями.
Ну а затем появился ещё один повод для конфликта: запрет хиджабов и теперь уже открытое дипломатическое столкновение с Анкарой. Решение азербайджанских властей запретить ношение хиджабов в школах стало новым раздражителем в отношениях двух государств. Причём реакция последовала уже не только со стороны журналистов или каких-нибудь общественных организаций. В обсуждении непосредственно включились представители турецкого руководства. Советник президента Эрдогана Актай Сорал публично раскритиковал азербайджанский запрет и потребовал отказаться от этого решения.
Ответ Баку оказался чрезвычайно резким. В азербайджанском парламенте подобную позицию турецкого политика охарактеризовали как неприемлемое вмешательство во внутренние дела Азербайджана. Совершенно верно охарактеризовали, так оно и есть. Правящая партия «Новый Азербайджан» в свою очередь обвинила советника Эрдогана и представителя его политической силы в безответственных и популистских заявлениях. Но наиболее принципиальным стало другое. Азербайджанская сторона отдельно подчеркнула, что знаменитая формула «одна нация — два государства» совершенно не означает право одной страны диктовать другой её внутреннюю политику.
По мнению Баку, эта формула не создаёт основу для вмешательства одного государства в дела другого или навязывания своего политического и идеологического подхода. По сути азербайджанское руководство открыто обозначило границы турецкого влияния. Да, две страны продолжают считать себя близкими партнёрами, да, между ними существуют давние культурные и политические связи, но принимать решения за Азербайджан Турция, как дали понять в Баку, не имеет права. На этом демонстрации самостоятельности не закончились.
Азербайджан специально пригласил президента Израиля Ицхака Герцога принять участие в международном саммите, проходившем в Баку. Когда израильский президент начал выступать, турецкая делегация демонстративно покинула заседание. Таким образом конфликт между государствами, которые долгие годы представляли себя практически неразделимыми союзниками, приобрёл уже совершенно открытый характер. И всё это происходит в тот момент, когда у Алиева одновременно нарастают противоречия ещё и с Ираном. А что такое иранский фактор? Это протесты внутри Азербайджана.
Отношения Тегерана и Баку в последнее время также заметно ухудшились. Ещё в прошлом году иранские власти выступили против создания маршрута Трампа, рассматривая этот транспортный проект как угрозу собственным региональным интересам. А во время войны Ирана с Соединёнными Штатами иранская сторона наносила удары по территории Азербайджана, обвиняя руководство республики в сотрудничестве с Израилем. В результате взаимное недоверие между двумя государствами стало ещё сильнее. Теперь дополнительным источником противостояния оказался запрет хиджабов в азербайджанских школах.
Как уже говорилось, наиболее заметную роль в протестных выступлениях играют религиозные и политические силы, ориентирующиеся на Иран. Тегеран открыто критикует решение азербайджанских властей и оказывает протестующим информационную поддержку. Причём одним из основных тезисов этой кампании стало утверждение, будто бы за ограничениями на ношение хиджабов действительно стоит Израиль. Иранские информационные ресурсы и участники протестов активно распространяют подобную трактовку событий. В социальных сетях сторонники выступления регулярно изображают Алиева как прислужника сионистов.
При этом ситуация становится особенно любопытной, если учитывать, что против нынешней политики Баку одновременно выступают Иран и Турция. Поэтому определить, какая из двух стран активнее использует антиизраильскую риторику для давления на азербайджанское руководство, довольно-таки затруднительно. Однако результат очевиден. Вопросы религии, внутренней политики и международных союзов всё теснее переплетаются между собой. И теперь решения, которые Баку принимает внутри собственной страны, практически немедленно вызывают негативную реакцию сразу за несколькими его границами.
По итогу Азербайджан оказался между тремя недовольными соседями. Таким образом сегодня республика в той или иной степени конфликтует со всеми тремя крупнейшими государствами, определяющими её непосредственное геополитическое окружение. С Россией ухудшились отношения из-за общего внешнеполитического разворота Баку и многочисленных взаимных претензий. С Турцией нарастают разногласия вокруг сотрудничества с Израилем и стремление Алиева проводить более независимую политику. Ну а Иран воспринимает азербайджанское руководство как противника, тесно взаимодействующего с его региональными и международными соперниками.
Возможно, в Баку рассчитывают, что стратегическое партнёрство с США, Израилем и Европой будет достаточно, чтобы не опасаться давления со стороны соседей. Но у такой уверенности имеется весьма существенный недостаток. Америка и европейские государства находятся далеко от границы Азербайджана. Израиль тоже не имеет с ним общей границы. А вот Россия, Иран и Турция располагаются непосредственно рядом. Если противоречия когда-нибудь перерастут действительно серьёзный конфликт, география может оказаться гораздо важнее любых политических деклараций.
Особенно опасным для Азербайджана выглядел бы сценарий прямого военного противостояния с Ираном. Опыт недавней войны продемонстрировал, что Соединённые Штаты не обладают возможностью просто разгромить иранское государство военным путём. Поэтому рассчитывать, что в случае войны Баку с Ираном американцы смогут вмешаться и гарантированно обеспечить победу Азербайджана, было бы чрезвычайно рискованно. Тем более что в подобном конфликте Иран теоретически мог бы действовать не только в собственных интересах. Нельзя исключать сценарий, при котором Тегеран выступил бы фактически по посредникам или инструментам давления со стороны Москвы, заинтересованной в срыве западных проектов на Южном Кавказе.
Разумеется, речь идёт о возможном развитии событий, а не о чём-то уже происходящем. Но даже без прямого участия России военное положение Азербайджана могло бы оказаться крайне непростым. Скажем так, и причина заключается не только в соотношении вооружённых сил, хотя бы потому что поддержка с Запада может оказаться недостаточной. Одна из главных опасностей для Баку состоит в возможной международной изоляции непосредственно в собственном регионе. При серьёзном конфликте Азербайджан рискует столкнуться с ситуацией, когда ни один из его соседей не будет готов оказывать ему помощь, сопоставимую хотя бы с той, которую европейские государства сегодня предоставляют Украине.
Даже положение Турции в этом отношении не столь однозначно, как может показаться. Общая граница между Турцией и Азербайджаном имеется лишь на небольшом участке Нахичеванского анклава. Кроме того, нельзя заранее утверждать, что Анкара действительно решится непосредственно вступить в войну на стороне Баку. Аналогичные сомнения существуют и в отношении Пакистана. Ведь ни Турция, ни Пакистан пока не оказывают прямой военной поддержки Саудовской Аравии в её противостоянии с хуситами, несмотря на заключённое в Мекке соглашение о военно-политическом союзе. Поэтому рассчитывать на автоматическое вступление этих государств в потенциальный конфликт Азербайджана с Ираном было бы весьма сомнительно.
И есть и другая серьёзная проблема: это чрезвычайная уязвимость азербайджанской энергетической инфраструктуры. Для нанесения республике огромного экономического ущерба Тегеран вовсе не обязательно проводить масштабную сухопутную операцию. Важнейшие нефтегазовые объекты Азербайджана находятся в пределах минимального времени подлёта иранских ракет и беспилотников. А учитывая, какую роль экспорт углеводородов продолжает играть в экономике страны, повреждение такой инфраструктуры могло бы иметь чрезвычайно тяжёлые последствия. Именно поэтому даже относительно ограниченные войны, столкновения с Ираном способны создать для азербайджанского государства сумасшедшие проблемы, значительно превосходящие обычные приграничные инциденты.
Впрочем, необходимо подчеркнуть: война остаётся наиболее радикальным из возможных сценариев. На сегодняшний день явных признаков непосредственной подготовки к подобному конфликту пока не наблюдается. Да и у России, Турции, Ирана имеются другие гораздо менее рискованные способы заставить Баку пересмотреть свою политику. Экономическое давление и внутренние протесты. Для влияния на Азербайджан совершенно необязательно прибегать к военной силе. Крупные соседние государства располагают многочисленными экономическими, политическими инструментами, которые можно использовать для изменения поведения азербайджанского руководства.
Одним из наиболее чувствительных направлений это внутренняя обстановка в самой республике. Последние протесты против запрета хиджабов показали, что в Азербайджане существуют достаточно организованные силы, способные выступать против решений президента Алиева. И если подобное настроение получит дополнительную поддержку извне, проблемы для властей могут значительно усилиться. Особенно с учётом того, что протестная активность сегодня оказывается связана одновременно с религиозными вопросами, отношениями с Ираном и недовольным внешнеполитическим курсом Баку. То есть речь идёт не просто о разногласиях вокруг одежды школьниц.
Противники Алиева получили повод поставить под сомнение гораздо более широкую политическую стратегию действующего руководства. К этому необходимо добавить экономические возможности давления. С Россией Азербайджан по-прежнему связан масштабными деловыми отношениями. Турция остаётся важнейшим региональным партнёром. Ну а Иран непосредственно соседствует с республикой и способен оказывать влияние на её обстановку, особенно в южных регионах. Таким образом в случае согласованных либо даже независимых друг от друга действий этих государств Баку может столкнуться с серьёзными трудностями сразу по нескольким направлениям.
Именно в этом заключается главное противоречие новой азербайджанской стратегии. Стремясь уменьшить зависимость от ближайших соседей за счёт более тесного взаимодействия с далёкими державами, руководство республики одновременно рискует испортить отношения практически со всем своим непосредственным окружением. Какой же выбор остаётся у Алиева? Пока невозможно уверенно сказать, каким образом азербайджанский президент намерен выходить из складывающейся ситуации. Теоретически одним из вариантов могло бы быть восстановление более доверительных отношений с Россией.
Если Баку сумеет договориться с Москвой, это потенциально позволит уменьшить напряжённость и на иранском направлении. Тем более что Владимир Путин, судя по его публичным высказываниям, не собирается окончательно закрывать возможность нормализации отношений. Российский президент продолжает достаточно благожелательно отзываться о своём взаимодействии с Ильхамом Алиевым, демонстрируя готовность сохранять личные контакты. Однако у подобного сближения неизбежно возникает своя цена. Кремль скорее всего потребует от Азербайджана пересмотреть участие в проектах, направленных на уменьшение российского влияния на Закавказье.
Либо Москва попытается добиться того, чтобы Россия сама получила возможность участвовать в этих инициативах. В частности речь может идти о включении Российской Федерации в реализацию маршрута Трампа. И здесь перед Алиевым возникает весьма серьёзная дилемма. С одной стороны дальнейшее ухудшение отношений с Москвой и с Тегераном способно поставить Азербайджан в чрезвычайно уязвимое положение. С другой стороны западные проекты, в которые Баку активно включился в последние годы, уже стали важной частью долгосрочной стратегии развития государства.
Азербайджан рассчитывает превратиться в крупный транзитный центр между Европой и Азией, укрепить сотрудничество с Вашингтоном и получить дополнительные экономические возможности, и одновременно уменьшить свою зависимость от соседних региональных держав. Отказаться от всего этого теперь будет крайне непросто, тем более что руководство республики уже достаточно далеко продвинулось по избранному пути. Получается весьма парадоксальная ситуация. Политика, которая должна была сделать Азербайджан более самостоятельным и защищённым от влияния крупных соседей, сегодня сама становится источником новых угроз для страны.
Алиев сумел существенно укрепить международные позиции Азербайджана после победы в Карабахе, наладить стратегическое взаимодействие с Соединёнными Штатами и повысить значение республики для западных транспортных и энергетических проектов. Но одновременно он оказался в положении, когда отношения с Россией ухудшились, прежнее взаимодействие с Турцией начало разрушаться, а Иран всё активнее поддерживает силы, выступающие против политики азербайджанского президента. И теперь главный вопрос состоит в том, а сумеет ли Алиев восстановить баланс между этими противоречивыми друг другу интересами или же отказ от многовекторной политики, которая десятилетиями позволяла Азербайджану успешно маневрировать между крупными державами, обернётся для республики затяжным политическим кризисом.
И хорошо, если политическим кризисом, а не войной. Пока ответа на этот вопрос нет. Но совершенно очевидно, что для Ильхама Алиева наступает один из наиболее сложных периодов его правления. Мы будем внимательно за всем этим смотреть. Ну в конечном итоге нас всех рассудит время. Будет точно известно, что же там произойдёт с Азербайджаном, ну и Ильхамом Алиевым. Вот такие вот мысли.
Пишите в комментариях, что думаете, потому что занятно почитать комментарии. Мы уже дважды или трижды снимали про Азербайджан какие-то видосы, да по поводу того, что происходит в Азербайджане, по поводу диаспор, которые есть в России, о том, как эти диаспоры появлялись. Хочу сказать про комментарии. Знаете, положительные комментарии не обсуждаю, они на то и положительные. А вот по поводу отрицательных хочу выделить буквально несколько. Знаете, когда человек тебе пишет в комментариях: ты дурак, ты ничего… Как правило, этот человек вот с минимальным количеством интеллекта, у которого практически нет мозгов, да.
Но было несколько комментариев, причём они были не в момент выхода, да, они были спустя какое-то время, когда человек, не один человек, их несколько было, кто-то из азербайджанцев сел из Баку, ну откуда-то оттуда сел, написал большой комментарий, полностью перечисляя свою теорию, в чём я ошибаюсь, в чём я не прав. В смысле я им всем написал: спасибо за ваши комментарии, спасибо за вашу позицию. Я же не как это говорится, не востоковед то какой-нибудь, да, чтобы там делать какие-то умозаключения. Я так что вижу, о том и пою, да, и здесь люди правильно, ну в смысле они сидели, аргументировали, понимаете, свою позицию. Это говорит о том, что человек есть, у человека есть мозг, знания какое-то там умение обосновать свою точку зрения.
Вот это было очень приятно таким комментарием, даже когда они в корне со мной не согласны. Я намного больше рад, чем комментарий: ты дурак, ты ничего не понимаешь, слушай, да иди нафиг отсюдова. Вот так что пишите обязательно комментарии, если есть что возразить, есть что поправить, обязательно пишите, будет интересно почитать. Буду рад комментариям с Азербайджана. Если вам понравилось, также ставьте лайк. Делитесь ссылкой на эту статью со своими друзьями и близкими, чтобы они могли прочитать, поставить лайк, написать комментарий, поделиться своими друзьями, обсудить это с вами.
С вами был я, Илья Крамаровский. Берегите себя и своих близких. Увидимся уже в ближайшее время. До скорых встреч. Пока-пока.
