Ниже можно ознакомиться с текстовой версией, созданной на основе данного выпуска! Коротко и по делу, все как вы любите!
*если текста нет, то он еще в обработке
Возможны какие-то неточности, процесс текстового формата только отрабатываем, Крамаровский иногда так завернет, что поймут только избранные, поэтому если заметите ошибку, можете о ней сообщить в конце статьи. Спасибо за понимание и содействие!
Привет, в студии Илья Крамаровский.
Хочу сегодня с вами поговорить об одних интересных вещах, на которые почему-то не сильно обращают внимание. Они заслуживают, мне кажется, повышенного изучения. Заодно мы обратим взгляд на то, как сильно изменилось отношение к Российской Федерации за последние 10–15 лет.
Знаете, я вспоминаю условно говоря там 2011-й год, да и понимаю, что тогда в 2011-м, несмотря на то, что у Российской Федерации были какие-то экономические проблемы, к ней относились ну с большим пиететом что ли. Боялись переступить какие-то красные, впоследствии коричневые линии. Ну был страх. Со временем он улетучился.
В качестве примера это просто как бы предыстория. Вспомните польский план применения вооружённых сил, дословно назывался, могу коверкать, поляки извините, план «Варта». Республика Польша, вот так вот, «Варта 00101». По открытым данным этот план был подписан 30 июня 2011 года начальником генштаба Польши генералом Мечиславом Ченюхом и окончательно утверждён 11 июля 2011 года министром обороны Польши Богданом Кличем.
Речь идёт сейчас именно о плане 2011 года. Впоследствии фрагменты этого плана были раскрыты в 2023-м Мариушем Блащаком во время избирательной кампании. Собственно говоря, так мы и узнали о плане «Варта 00101», о котором рассказал Блащак. В публичной версии он тогда был представлен как доказательство того, что правительство Дональда Туска якобы собиралось отдать половину Польши и обороняться только по линии Вислы. Именно так это и звучало, что как только русские нападут, поляки сматываются, переплывают на ту сторону Вислы и ждут подкрепления, подхода американцев.
Именно эту политическую интерпретацию Блащак использовал в 2023-м во время избирательной кампании. Ну если быть абсолютно честными и не говорить о политической подаче, как это было сделано, о том, что следует из опубликованных фрагментов, план касался сценария самостоятельной оборонительной операции Польши в случае крупномасштабной агрессии с востока, ну то бишь со стороны России. Уже речь шла о ситуации, когда польская армия какое-то время ведёт оборону своими силами до прибытия союзников НАТО.
По данным польских разработчиков, самостоятельная оборона должна была продолжаться примерно 10–14 дней. Суть плана, насколько её можно восстановить по раскрытым фрагментам, была такова: польская армия должна была не сразу отступить к Висле, а вести оборону в несколько этапов, замедляя наступление противника, изматывая его и отходя на подготовленные рубежи. В опубликованном анализе говорится, что 2-й этап предусматривал действия в полосе прикрытия силами 5 бригад в течение 2 дней, 3-й — оборону 4 бригад в тактической зоне, 4-й — манёвренную оборону в оперативной зоне и 5-й этап — остановку противника на стратегическом рубеже по Висле с обороны плацдармов.
Именно вот этот вот 5-й крайний этап Блащак и вынес в публичную плоскость как главный аргумент. В его подаче получалось, что прежняя власть якобы планировала оставить восточную Польшу и бежать аж до Вислы, обороняться уже оттуда. Но польские эксперты, так называемые фактчекеры, указывают, что это была не исходная линия обороны, а последний рубеж сценария, если более ранние этапы не остановят наступление до прихода союзников.
Если коротко, то этот самый план «Варта» предусматривал оборону Польши в случае российского нападения сначала своими силами с постепенным сдерживанием противника и ожиданием помощи НАТО. Линия Вислы и Вепша фигурировала как крайний стратегический рубеж, а не как приказ сразу отходить и отдавать восток страны. Да и сам скандал возник из-за того, что Блащак раскрыл фрагменты секретных документов и использовал их в политической борьбе. Польская прокуратура позже заявила, что фрагменты были вырваны из контекста и интерпретированы так, как будто тогдашняя власть не хотела защищать Польшу с начала агрессии, а собиралась обороняться только после занятия восточной части страны.
В общем-то парень передёрнул, сильно передёрнул факты, чем польстил некоторым российским генералам. Но суть-то остаётся примерно следующей. Вы слышите, что обсуждалось в 2011-м, что Польша в течение 2 недель будет фактически отступать, да, а вот не бежать, а отступать, не дойдя до Вислы, перед могучей Российской армией, которая будет наступать и сметать всё на своём пути.
Безусловно, отголоски этого, если сейчас какие планы в некотором смысле, но мне кажется они уже сделаны больше для отвода глаз. Вообще эта передача родилась с того, что я на днях в новостях рассказал, как Латвия и Литва хотят отрепетировать эвакуацию населения, потому что с 4 августа две прибалтийские республики запустят совместное учение, которое называется «Mass Movement» на случай чрезвычайной ситуации. Маршрут эвакуации составит 255 километров — это Даугавпилс, Екабпилс и Пасвалис.
Организаторы обещают условия максимально приближенные к реальной катастрофе. Главная задача — проверить, как быстро литовская сторона сможет принять, разместить и накормить эвакуированных из Латвии. Я ещё тогда пошутил в новостях, что план на войну с Россией очень простой: латвийцы снимаются и бегут в Литву 255 км, а там уже разбираются по месту. Может быть, сядут в машину к полякам и поедут до Вислы.
Ну шутка шутками, но тем не менее сейчас мне кажется, что это вообще всё делается для, ну если минимум, для вывода гражданских лиц из-под возможного удара в случае войны, а как максимум делается для того, чтобы ввести Российскую Федерацию в заблуждение. Ну и серия «мы по-прежнему ай-яй-яй как боимся», план «Варта 001», но литовско-латвийский действует. Мне кажется, что это шляпа, и сейчас объясню почему.
Вы наверняка задумывались, почему прибалтийские эмираты, трибалты, ну и Финляндия вдруг ни с того ни с сего начали делать укрепрайоны на границе с Россией. Ну конечно можно понять, что они боятся русских, потому что русские как только закончат с Украиной, займутся и танцами с литовцами, латвийцами. В общем эти работы начались 5 июля, вот буквально на днях об этом пишет «Политика». Журналисты и опрошенные эксперты объясняют решение Риги, Вильнюса, Таллина и Хельсинки тем, что эти страны якобы готовятся в одиночку отражать российскую агрессию. Видите, уже никто не бежит до Вислы.
Но вот именно в этом месте и начинается самое интересное, если просто немножечко подумать. Потому что если смотреть не на публичные заявления, а на военную логику происходящего, картина получается совсем другая. Латвия, Литва, Финляндия, Эстония занимают ключевое место в возможной будущей операции Евросоюза против России. Не говорю «надо», потому что без американцев скорее всё это будет. И тут важно подчеркнуть: речь идёт уже не о просто каких-то абстрактных выдуманных планах на бумаге. Всё больше признаков указывает на то, что всё-таки общий какой-то план у европейцев уже есть. Сейчас идёт не обсуждение какой-то там идеи выдуманной, а практическая подготовка территории, инфраструктуры и военных условий для осуществления агрессии в сторону Российской Федерации.
Ну на первый взгляд, вы же понимаете, как бы все эти укрепления на границе нужны для обороны. Логика тут совершенно простая: построить позиции, заминировать опасные направления, подготовить инженерные сооружения, чтобы сдерживать возможное наступление противника. Сразу вспоминается план, нет не план, правильно сказать линия Суровикина, о которую разбился украинский контрнаступ в 2023-м. Тогда хорошо подготовленная и эшелонированная оборона показала, насколько тяжело атаковать укреплённые позиции, если они заранее оборудованы, прикрыты артиллерией, минными полями и средствами разведки.
Но есть один маленький, но очень важный нюанс. Современные укрепрайоны стоят огромных денег. Это не просто окоп и бетонные блоки. Это инженерная подготовка местности, логистика, связь, склады, дороги, запасные позиции, противотанковые заграждения, минные поля, пункты управления, маскировка. Смотрите, как там чёрт ногу сломит, чего можно наворотить и создавать вот это вот всё. Ради политической демонстрации никто не будет, тем более европейцы, которые сегодня считают каждый евро на фоне растущих оборонных расходов, дефицита бюджета и давления со стороны США. В общем-то парни хрен с солью доедают с точки зрения наличия денег на войну, но тем не менее выделяют их.
Поэтому давайте попробуем перекрутить и посмотреть на это всё через другую призму, через военную точку зрения на Северном фланге. Одна из ключевых задач европейских сил в случае большого конфликта — это Калининградская область и Сувалкский коридор. Без решения этой задачи невозможно представить полноценную военную операцию Евросоюза в этом регионе. Но захват Калининградской области и прорыв Сувалкского коридора — задача крайне сложная. Для этого недостаточно просто стянуть войска к границе и объявить о готовности. Сначала необходимо нейтрализовать российско-белорусскую группировку на северо-западе Беларуси, потому что именно она создаёт угрозу флангу и тылу любой европейской операции.
Как примерно может выглядеть такой замысел, показали недавние учения «Freedom Shield 2026». Там отрабатывались сценарии, которые очень хорошо ложатся в общую логику действий на северо-восточном фланге Европы. Но у этой схемы есть слабое место. Если европейские силы будут сосредоточены на Калининградском направлении, на Сувалкском коридоре, Россия может нанести удар со стороны Питера и Псковской области по странам Прибалтики. В таком случае фланги европейской группировки окажутся под прямой угрозой, а если фланг будет обрушен, вся операция может посыпаться. Потому что удар по Прибалтике в такой ситуации — это не просто атака на отдельные страны, это удар по системе обеспечения, по коммуникациям, по маршрутам снабжения и по общей устойчивости группировки.
Именно поэтому границы Литвы, Латвии, Эстонии необходимо заранее прикрыть укреплёнными районами. Причём местность там сама по себе работает на обороняющегося: густые леса, болота, сложная дорожная сеть, труднопроходимые топкие участки. Поэтому европейцам там необязательно строить сплошную многоуровневую линию обороны от края до края. Достаточно заранее подготовить ключевые направления, узлы дорог, проходы, переправы, участки, через которые теоретически могли бы двигаться российские войска в случае наступления.
То есть прибалтийские укрепления могут быть нисколько стеной от наступления, сколько системой прикрытия флангов для другой, более крупной операции с Финляндией. Вообще получается всё ой как интересно. На финском направлении укрепления по всей видимости могут выполнять уже не классическую оборонительную, а вспомогательную наступательную функцию. В случае масштабного конфликта европейские силы на этом направлении могут не сидеть в обороне, а сразу перейти к активным действиям. Возможно и направление Мурманск, Североморск, ну и в принципе их любимая Карелия, по которой они стонут. Это стратегически важные районы, связанные с Северным флотом, арктической инфраструктурой и северными коммуникациями России. Но наступать там крайне сложно: местность тяжёлая, расстояния большие, дорожная сеть ограниченная, климат суровый, а возможности для манёвра сильно зависят от конкретных маршрутов и узлов.
Российские войска в таких условиях могут вести оборону не только позиционно, но и манёвренно, отходить, наносить удары по флангам, заходить в тылы наступающих формирований, использовать лесостепь, болотистую местность и при необходимости переносить действия на территорию самой Финляндии. А вот здесь вот как раз укрепления становятся крайне важны. Они нужны не только для того, чтобы остановить наступление с российской стороны, они нужны для того, чтобы заранее обезопасить собственные наступающие группировки от фланговых ударов, рейдов, контратак и прорыва в тыл. Это классическая военная логика: наступающие войска идут вперёд, а заранее подготовленные укреплённые районы прикрывают их фланги, тылы и коммуникации.
Такое сочетание оборонительных сооружений и наступательных действий — никакая нафиг не новая идея. Это давно известный приём классического военного искусства. Достаточно вспомнить, что в годы Великой Отечественной войны в составе Красной армии существовали даже подвижные укреплённые районы. Они включали пулемётные, артиллерийские батальоны и инженерные подразделения, сапёров. Быстро создавали полевые фортификационные сооружения, а пулемётные, артиллерийские батальоны занимали подготовленные позиции. После этого такие укреплённые районы прикрывали фланги и тылы советских армий, корпусов, которые развивали наступление.
То есть укреплённый район — это не всегда символ пассивной обороны. Иногда это инструмент наступления. Он не обязательно означает «мы сидим и ждём». Он часто означает «мы идём вперёд, но заранее закрываем уязвимые направления». Именно под таким углом надо и смотреть на происходящее сегодня в Прибалтике, Финляндии. Если бы речь шла только о страхе перед российским наступлением, европейцы строили бы оборону иначе. Но когда укрепления появляются именно на тех направлениях, которые важны для прикрытия будущих операций, это выглядит уже не как паническая оборона, а как системная подготовка театров военных действий.
Прибалтика в этом сценарии прикрывает фланг операции против Калининграда и Сувалкского коридора. Финляндия создаёт условия для действий на Северном направлении в сторону Карелии, Мурманска и Североморска. И поэтому главный вывод сейчас будет очень неприятный: оборонительные позиции в Латвии, Литве, Эстонии и Финляндии — это необязательно про защиту от России. В такой конфигурации они могут быть частью подготовки к наступательной операции против России. Причём операции с далеко идущими целями: Калининград, Сувалкский коридор, северо-запад Беларуси, Карелия, Мурманск, Североморск.
Именно поэтому все эти укреплённые районы надо рассматривать не как отдельные инженерные проекты, а как элемент одной большой военной схемы. На публику это можно подавать как оборону от российской угрозы, но с точки зрения оперативного планирования такие сооружения могут выполнять совсем другую функцию: прикрыть фланги, тыл и коммуникации наступающих европейских группировок. Так что как бы парадоксально это ни звучало, но новые укрепления на границах Прибалтики и Финляндии — это совсем не про оборону, и я бы сказал на 100 процентов даже не про оборону. Это подготовка к большой войне, в которой Европа уже не просто боится российского наступления, а сама заранее готовит условия для действий на российском направлении при возможном ударе в сторону России. Вот такая вот история.
Представляете, как изменилась логика мышления за последние 15 лет. И ещё в 2011-м кто-то бежал, можно сказать, услышав про российское наступление, а сейчас люди настолько им дали настолько сильно поверить в себя, что они готовы сами наступать первыми при малейшем поводе. Есть о чём задуматься чертителям красных линий на будущее, если вообще ещё что-то можно исправить. Мне иногда кажется, что страх некоторыми людьми и странами окончательно потерян. И пока кто-то не пойдёт по пути Караганова, да одёрнув сильно западную Европу, ничего уже не изменится. Но это так, предположение не более того.
Друзья, как вам такая теория? Напишите, пожалуйста, в комментариях. Обязательно пишите комментарии и делитесь ссылкой на эту статью со своими друзьями и близкими, пускай читают, ставят лайки, комментируют. Будет интересно. Друзья, с вами был я, Илья Крамаровский. Берегите себя и своих близких. Увидимся в ближайшее время. До скорых встреч. Пока-пока.
